Налогообложение коренных народов Сибири в XVIIв.

    Дисциплина: История
    Тип работы: Доклад
    Тема: Налогообложение коренных народов Сибири в XVIIв.

    Автор: Астротенко Роман
    Владимирович, гр. И-12, КГУ,
    историко-философский
    факультет;
    Научный руководитель:
    Гергилёв Денис Николаевич
    Налогообложение коренных народов Сибири в
    XVII
    К началу освоения Сибири уПриуралья. Практика управления подвластными народами
    заключалась в следующем: минимальное вмешательство во внутренние дела, защита от внешних врагов, невмешательство ввзимание достаточно небольшой по размерам
    дани.
    Освоение Сибири сопрягалось с фундаментальными переменами в социальных отношениях с коренным населением этого региона. Но ломки устоявшихся традиций не происходило.
    В целом, коренные жители Сибири спокойно восприняли факт своего вхождения в новое подданство, ведь, по сути, способ управления оставался тот же, а размеры ясака – дани в пользу
    царя, определялись в меньшем размере, чем они были, например, при Кучуме [4].
    Правительство, заинтересованное вувеличивать численность
    коренного населения.
    По своей сути, ясак являлся формой эксплуатации со стороны победителей, юридическим признанием подданства. Как уже было сказано, ясак не являлся чем-то новым для коренного
    населения. Так, до прихода русских, население бассейнов Качи и Кана платило ясак монгольским и тюркским завоевателям, вторгавшихся в его пределы у степей – монголам, джунгарам,
    киргизам, тувинцам, бурятам [1, С.45].
    Как общее правило, подчинению туземцев ясаку предшествовала военная экспедиция, которая должна была показать им реальную мощь новых претендентов на их пушнину. Иногда дело
    ограничивалось простой военной демонстрацией; но в случае упорства в ход пускалось оружие, а «погром» принуждал к покорности. Произведенное раз впечатление затем использовалось в
    дальнейших сношениях с окрестным населением. Условия подчинения устанавливались особым договором и скреплялись «шертью», т.е. присягой, сопровождаемой символическими обрядами вроде
    питья собачьей крови у киргизов [1, С.45].
    Русская практика взимания ясака в Сибири знала две формы – окладной и неокладной ясак. Окладной ясак – это постоянный, зафиксированный размер сбора с той или иной волости;
    неокладной ясак – неопределённый – сколько возьмётся. Окладным ясаком облагались те группы ясачного населения, которые уже упрочились в русском подданстве и были учтены переписными
    ясачными книгами. Ясачный взнос состоял из собственно ясака – обязательного платежа, и добровольных приношений, так называемых «поминков». Со временем «поминки» стали так же
    обязательны, как и ясак, и полностью с ним слились [2, С.129].
    Ясаком облагались налогоспособные инородцы каждой волости или зимовья на основании переписи по правительственному окладу. Инородцы платили ясак с 18-летнего возраста, то есть с
    того времени, когда «летнимъ промысломъ промышлять и великаго государя ясакъ платить поспевали» и до 50 лет» [3, С.418-419].
    Эта сумма переводилась на «мягкую рухлядь».
    Разнообразные виды последней могли сочетаться различно под влиянием местных условий, но в пределах этой суммы, причем общим их знаменателем считался соболь. Замена соболя другими
    мехами, однако, не всегда охотно допускалась правительством, по крайней мере, в позднейшее время. С ясачных Якутова в 1682 и 1685 гг. взамен соболей дозволено было взимать другие меха
    лишь в случае крайней бедности ясачников, «у которых скота нет» [3, С.420].
    Так как колебания в численности населения постоянно меняли уровень платежных сил данной местности, а переписи производились через довольно значительные промежутки времени, то
    ясачникам приходилось платить ясак не только за себя, но и за умерших или выбывших из числа плательщиков товарищей. В Тарском уезде, например, ясачные люди в 1630 г. платили ясак «за
    себя и за старых и за малых и за мёртвых… против ясачных книг сполна». В Якутском уезде в 1676 г. около 12,6 % ясачного населения вымерло, хотя за него всё ещё продолжали платить
    остальные ясачники. Ясачники поэтому неохотно подчинялись равномерному окладу и жаловались на то, что ясак на них клали тяжело, «со всех равно, а не по вотчинам и не по промыслам» [3,
    С.420-421].
    Ясак принимали преимущественно пушниной (соболиный оклад). За невозможностью достать соболей, с ясачных людей брали другие меха. Иногда разрешалась уплата ясака деньгами, что
    свидетельствовало о втягивании коренного населения в товарно-денежные отношения. Однако правительство было заинтересовано в поступлении в казну сибирской пушнины, а потому с большим
    нежеланием относилось к переводу ясачных плательщиков на денежный оброк.
    Ясак, как правило, собирался при посредстве местной знати. Его либо доставляли «лучшие люди» непосредственно в уездный центр воеводе, либо за ясаком отправлялись в ясачные
    волости специальные сборщики. В том и другом случае ясачным людям «для спору» выдавали отписи (расписки) в получении с них ясака [2, С.130].
    Вместе с приёмом и проверкой ясака производилась и его оценка. После разбора и оценки воевода посылал отписку Государю о сборе ясачной и мягкой рухляди. Эта рухлядь,
    ясачные книги и воеводские книги привозились в Москву служивыми или торговыми людьми, которые полученные ими платежные отписи должны были возвратить воеводе. К «посылальщикам»
    присоединялось обыкновенно несколько провожатых для оберегания ясачного сбора [3, С.434].
    Особенности тех способов, какими взимался ясак в Сибири, вызваны были с одной стороны местными условиями: полудикое состояние ясачных племён и естественное отсутствие у них
    сознания в необходимости каких-либо обязанностей по отношению к государству требовали со стороны правительства большой мягкости и осторожности; с другой стороны, здесь, в стране
    новой, где не существовало исторически сложившихся преград к их обнаружению, ярче выступали характерные черты московского управления вообще и устройства прямого обложения в частности
    [3, С.421].
    Для обеспечения регулярности сбора ясака, для того, чтобы удержать ясачных людей под властью и контролем русской администрации, из волости или зимовья брались один или два
    заложника, аманата. И тут русские только применяли практику, задолго до них изобретённую монгольскими и тюркскими завоевателями. Аманаты держались на особом дворе в уездном центре,
    где «пригожи, за сторожи, чтоб они из острогу никуды не ушли и дурна какого над государевыми людьми и над собой не учинили». Жестокое обращение с аманатами воеводам запрещалось.
    Аманаты получали подённый корм из государственных запасов и показывались своим соплеменникам, приходящим в город с ясаком, «чтобы ясачным людем в том сумненья никакого не было». Меры
    эти далеко не всегда предотвращали неповиновение ясачных людей. При усмирении их, однако, правительство продолжало держаться гуманной и осторожной политики [4, С.423].
    Значение пушнины в хозяйстве русского государства заставляло правительство очень дорожить плательщиками ясака и заботиться не только о приобретении новых, но и о сохранении
    наличных ясачных людей. Отсюда своеобразная политика охраны туземцев от слишком беззастенчивых посягательств русской администрации в Сибири [1, С.57].
    Так, местные власти не име...

    Забрать файл

    Похожие материалы:


ПИШЕМ УНИКАЛЬНЫЕ РАБОТЫ
Заказывайте напрямую у исполнителя!


© 2006-2016 Все права защищены